Взгляд из света в темноту...

Словно во тьму, где пчелою гудит васильковое лето, С тяжкой тоской я гляжу на отцветший вишнёвый мой сад, Столько цветков на древах было в мае на сабельках веток, Больно за них мне, ведь осенью те от плодов захрустят. С осенью каждой лысеют древа, дезертируя в зиму, Ладно - листва, осыпается сам онемелый скелет, Сколько в саду от большого костра сладковатого дыму, То и гляди, призовёт вновь к ответу сварливый сосед. Всё понимаю, но ветки свозить неизвестному дяде В общую кучу, чтоб он это всё в одночасье поджёг... Лучше уж сам я сожгу всё своё, как в славянском обряде, Ведая то, что пусть даже золой, но я сад свой сберёг. Ведь по весне, дай-то, Бог! из золы той проклюнуться почки, Новых совсем, может быть даже вишен, младых деревец, Смена пришла, значит, сад не умрёт - снова пустит листочки, Так, не узнав, кто же был, или не был их крёстный отец. Как те сучки, так и мы, подломившись, на землю слетаем, Кто-то с плодами, а кто лишь с листвой, убежав от ветров, А уж потом, вместе с рубленым дёрном, на дно оседая, Видим оттуда не дым, а огонь погребальных костров.

Иконка канала Стас Осенний
27 подписчиков
12+
5 просмотров
9 дней назад
12+
5 просмотров
9 дней назад

Словно во тьму, где пчелою гудит васильковое лето, С тяжкой тоской я гляжу на отцветший вишнёвый мой сад, Столько цветков на древах было в мае на сабельках веток, Больно за них мне, ведь осенью те от плодов захрустят. С осенью каждой лысеют древа, дезертируя в зиму, Ладно - листва, осыпается сам онемелый скелет, Сколько в саду от большого костра сладковатого дыму, То и гляди, призовёт вновь к ответу сварливый сосед. Всё понимаю, но ветки свозить неизвестному дяде В общую кучу, чтоб он это всё в одночасье поджёг... Лучше уж сам я сожгу всё своё, как в славянском обряде, Ведая то, что пусть даже золой, но я сад свой сберёг. Ведь по весне, дай-то, Бог! из золы той проклюнуться почки, Новых совсем, может быть даже вишен, младых деревец, Смена пришла, значит, сад не умрёт - снова пустит листочки, Так, не узнав, кто же был, или не был их крёстный отец. Как те сучки, так и мы, подломившись, на землю слетаем, Кто-то с плодами, а кто лишь с листвой, убежав от ветров, А уж потом, вместе с рубленым дёрном, на дно оседая, Видим оттуда не дым, а огонь погребальных костров.

, чтобы оставлять комментарии